?

Log in

No account? Create an account
ру/коблудие [entries|archive|friends|userinfo]
русалкоголик

[ website | Google Buzz - тут ещё больше меня ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Екатерина Васильева, Дибров и dimagubin. Об православие. [7th Apr, 2010|04:05 am]
русалкоголик
[Tags|]

Фил тут запостил видео с комментарием "потрясающе сказано":


А теперь что я об этом думаю.

Грустно смотреть и слушать. Косноязычно, уныло, интеллектуально полностью замкнута, неубедительна. Вся рудиментарная живость мысли и языка - как видно, осталась от прошлой жизни, от актёрства, от времён, когда вращалась в кругу развитых, живых, интеллигентных (простите) людей, а не от этого, нового.

Книжек-де не читаю, только духовную литературу. Друзья, которые не в храме, отошли, их нет больше. Неверующий человек не может быть мудрым (сказано с бухты-барахты, неубедительно, голословно). Занусси, хотя, конечно, католик, - глубоко верующий человек - значит, скоро должен стать православным (непременно православным, в другой вере быть верующим нельзя). Живу с сыном-священником вместе, у него 6 детей, его жизнь - это что-то такое вибрирующее, такое, такое... (А какое? Ну расскажи, покажи хоть отблеск этого света, о котором ты говоришь, дай хоть намёк. Ведь вон - у некоторых получается. Нет, не даёт, не может). "Скажите, а как так случилось, что он стал священником? - Ну, ... так случилось". Всё. Ну расскажи же хоть что-нибудь. Нет, сплошное нуканье и эканье. "Как вы празднуете Пасху? Расскажите. - Ну ээээ ыыы ну это ж такой праздник... такой... ну разговляемся в храме, всем приходом... подарки дарим, кто чего хотел съесть, пока постился". Ыыыыы.

То есть, как бы нет больше жизни у человека - той, о которой можно было бы рассказать в такой передаче. В принципе, что ж, нет больше этой, мирской, жизни - есть жизнь в церкви - что в этом дурного? Ничего. Чемодан, вокзал, скит. Всё ок. Но зачем это показывать людям? Зачем идти с этим в ящик, когда тебе нечего рассказать - да и нечем (не горит)? Кого это привлечёт к православию? Наоборот же только. Люди помнят ту, прежнюю Васильеву, искрящуюся и блистающую, и видят эту, в которой ничего почти от прежней не осталось - а новая почему-то не видна (красота в глазах смотрящего? Ну да, сами дураки, известно дело). Так и зачем такое? Надо было передачу снять с эфира - не получилось разговора, и всё тут. Нет, зачем-то оставили позор.

И да, какая же у Диброва стала... даже не морда... а бог знает что. Жопа на месте этой хари и то приличнее была бы. Тихий ужас.
Link32 comments|Leave a comment

Моя плакать в узарень :) [4th Apr, 2005|03:29 pm]
русалкоголик
Где-то с месяца два назад в обувном магазине «Монарх» в нагрузку к распродававшимся зимним ботинкам досталась мне книга Алексея Иванова «Сердце Пармы», лучшая, как пишет один из рецензентов, книга в русской литературе за последние полтора десятка лет [sic!]. Так вот что я вам скажу, philipposдорогие theodorixдрузья: все ваши экзерсисы («Два полсотни первый! Не вижу тебя на радаре. Как самочувствие? Приём» — «Витя, держи триммера») не идут ни в какое сравнение. Привожу дословную цитату из книги. Самое, заметьте, начало.

Зеленое золото Вагирйомы тускло отблескивало сквозь прорези в кожаном шатре, расшитом понизу багрово-красными ленточками. Шатер стоял на помосте, укрепленном на спинах двух оленей, что устало шагали за конем хонтуя. Позади остался длинный извилистый путь от родного Пелыма: через многие хонты своей земли, через священное озеро Турват, на жертвенники у Ялпынга, по отрогам Отортена и на полдень по Каменной Ворге до самых Басегов. Хаканы встречали караван, меняли быков, помогали тянуть лодки вверх по рекам, тащили через перевалы и прощались, отправляя вместе с хонтуем по два-три воина от своих селений. К тому времени, как Вагирйому довезли до Чусвы, у Асыки уже собрался сильный отряд в семь десятков манси. Оставив плоты у последнего павыла перед устьем Туявита-Сылвы, хонтуй повел караван лесами напрямик к Мертвой Парме.

Вековой ельник заслонил небо растопыренными космами, и только вдали, перед Пармой, вспыхивали слепящие пятна заката среди разошедшихся вершин. На тропе, заросшей орляком, загроможденной обомшелым валежником, было холодно и сумрачно. Сумрачно было и на душе у князя. Прежде чем везти сюда Вагирйому, он объехал свои владения, и теперь с ним лучшие манси, сын Юмшан и сыновья хаканов, с ним пурихумы-жертвы и благословение Ялпынга. Но нет в его отряде людей северной Югры, нет ернов и саранов, нет нагаев, башкортов, казани, сибиров, печоры… Некогда их ждать. Омоль уже вбил свой кол.


Нет, не могу удержаться. Ещё кусочек.

Ратники слушали Калину со вниманием: им тут жить. Ушкуйники посмеивались — они здесь люди пришлые, временные. Один только Сёмка глаза вытаращил и рот раззявил — ну да этот дурак всему поверит, ничего не запомнит. Саднящим пчелиным укусом горел в душе Ухвата этот разговор.
— Не замай,- глухо ответил он тогда Калине.


Ну и так далее. Ревякин по сравнению с этим — жалкий эпигон.

Прочитал, кстати, книгу до конца. По сю пору прёт.

Link3 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | most recent entries ]